Лалибэла

Раньше нередко говорили, что священная для эфиопов Лалибэла, подобно Риму и Константинополю, построена на семи холмах. Вернее, однако, было бы сказать "на семи террасах", которыми расчлененные эрозией горы Аштен спускаются к лалибэльской долине.

В былые времена их склоны поросли оливами. Но бнсчисленные паломники вырубили деревья для костров, и уже в начале века в обезлесевшую долину проник победоносно шествующий по всей Эфиопии эвкалипт. Завезенное для осушения предместий Аддис-Абебы австралийское дерево-насос было по достоинству оцененно эфиопами, принявшимися рассаживать его повсюду.

Верующие стекаются к вырубленному в стене одного из лалибэльских храмов каменному лику, поклоняясь святому Георгию. Но многие местные монахи доверительно рассказывают, что там запечатлен сам царь Лалибэла. К этому же мнению последнее время все больше и больше склоняются эфиопские историки.

Для тех, кто прибывает в Лалибэлу на осле, знакомство с церквами, высеченными в скалах, начинается задолго до того, как впереди показываются островерхние хижины знаменитой деревни. То здесь, то там вдоль дороги, ведущей из Дебре-Табор, в пологих обрывистых берегах Тэкэзе, берущей начало неподалеку, видны черные ниши пещер, в которых некогда обитали монахи. Некоторые из этих жилищ, вырезанных в мягких туфах, достаточно комфортабельны:имеют нечто вроде "прихожей", 2-3 жилых помещения, молельню с обязательной колонной посередине. Так что у пещерных храмов Лалибэлы были предшественники. Да и в самой деревне Рох, судя по раскопкам, еще задолго до прибытия в нее хадани местными жителями была создана целая система подземных коридоров и залов с естественными источниками и колодцами, у которых агуа поклонялись силам природы.

Церковь святой Марии - единственная в Лалибэле, где применена раскраска и позолота орнаментальных разных рельефов из камня. Необычайно разнобразие стилей написанного декора, а также оконных решеток, в рисунке которых появляются то варианты креста, то свастики. Рука резчика не поленилась прорезать падуги и архивольты всех арок и консолей. Богато орнаментированы колонны, увенчанные капителями. Между арками главного нефа помещено изображение распростершего крылья огромного двуглавого орла на фоне некогда блиставшего золотыми звездами ультрамаринового неба. По бокам - картины, запечатлевшие схватку черного и красного быков, в нишах стен - языческие изображения солнца и древних символов плодородия, вдоль перил ведущей на хоры лестницы - шестиконечные звезды, на еще не затертых плитах пола - силуэты то львов, леопардов и страусов, то фениксов, единорогов и других фантастических животных. С трех континентов и из многих веков собраны плд крышей Бетэ Марьям эти символы. В мерцающем свете лампад, искрящих кое-где сохранившуюся позолоту, храм кажется какой-то фантасмагорией. Его любят посещать туристы, но не особенно жалуют искусствоведы.

Эфиопы.

Сейчас иногда приходится считать, что человечество возникло в Эфиопии – результат упрощённого понимания того факта, что в этой стране обнаружено большинство ископаемых находок предков человека, – группы, ушедшие на север, дали европеоидов, а на юг – негроидов; те же, кто остались, стали эфиопами, сохранив опять же первичную "недифференцированность".

Для обеих рас предполагалось и метисное происхождение: сначала "большие" расы сформировались где-то раздельно и независимо, а после "готовые" европеоиды стали смешиваться с монголоидами, дав уральскую расу или с негроидами – дав эфиопскую. Промежуточное географическое положение вроде бы подтверждает эту версию. Показательно, что краниологические особенности, присущие современным уральской и восточноафриканской расам, обнаруживаются не раньше, чем появляются более-менее современные европеоиды, негроиды.

Равно, засушливые и по африканским меркам морозные нагорья Эфиопии и пустынные просторы Сомали – не самые привлекательные районы Африки. Вряд ли миграция сюда шла таким потоком, что метисация довела дело до нивелировки в масштабах целых рас. Даже периодической и постепенной метисацией на краях ареала объяснить это трудно. Проблема усложняется тем, что и уральская, и восточноафриканская расы явно не являются однородными. Уральские и западносибирские группы только на первый взгляд схожи, они имеют разную историю и массу морфологических отличий. Равным образом популяции, живущие вдоль Нила, демонстрируют классическую клинальную изменчивость и, видимо, действительно имеют метисное происхождение, тогда как эфиопские, суданские и сомалийские группы отличаются от них и друг от друга, а в их формировании ведущую роль играли процессы изоляции.

          Восточноафриканская раса долгое время не находила своего места в расовых класификациях. Регулярно её описывали как "кавказоидную" или "хамитскую". Для европейцев, далёких от антропологии, её представители вполне сходят за негров. Однако, своеобразие восточноафриканских популяций всегда отмечалось путешественниками, чётко отличавшими их от негритянских групп. Популяции восточноафриканской расы занимают Африканский Рог – Эфиопию, Сомали, Джибути, Эритрею, часть Судана и Египта на севере, Кении и Танзании – на юге. Поэтому часто её называют эфиопской расой. Современные представители отличаются более-менее европеоидными чертами лица при очень тёмной пигментации и обычно курчавых волосах.
Переходный характер расы между европеоидами и негроидами достаточно очевиден, почему одной из двух главных гипотез происхождения всегда была метисная: когда-то ранее сформировавшиеся на юге негроиды и европеоиды на севере смешались в контактной зоне Африканского Рога и долины Нила. В этом случае возникновение восточноафриканской расы должно быть сравнительно поздним.

Второе предположение – автохтонная гипотеза – гласит, что восточноафриканская раса "протоморфна", имеет "недифференцированный" морфологический облик, сформировалась в условиях изоляции, возможно, ещё до появления "образцовых" негроидов и европеоидов или даже является предковой для них. Популяции, ушедшие на север из восточноафриканского "Эдема", посветлели и стали европеоидами. Другие двинулись на юг, к теплу и свету, приобрели прогнатизм, широкий нос и толстые губы – и стали негроидами.
В реальности, как водится, скорее всего действовали оба механизма. В древнейшие времена вероятнее действовали механизмы изоляции (да и сейчас горные районы Эфиопии крайне изолированы от всего мира и даже друг от друга). В исторические времена неизбежно должны были усиливаться процессы миграций и метисации, а срединное положение Африканского Рога между ареалами негроидов и европеоидов этому очевидно способствовало. И напротив, группы восточноафриканской расы разбредались во все стороны, особенно активно проникая на юг, оказывая там как антропологическое, так и культурное влияние.
В переходных зонах между ареалами восточноафриканской, европеоидной и негроидной рас возникали вторичные переходные группы.

На север вдоль долины Нила сформировалась плавная клинальная негроидно-европеоидная изменчивость. Сама география этому весьма способствовала. На юге такого плавного перехода не получилось, поскольку равнины Восточной Африки давали возможность чересполосного существования групп, различающихся как антропологически, так и культурно. Но всё же и тут имеется широкая зона перехода от восточноафриканской к негроидной расе. Примечательно, что она хорошо совпадает с ареалом нило-сахарских языков, тянущимся широкой полосой от южной Ливии, восточного Нигера и Чада через Центральноафриканскую Республику, северо-восточную часть Конго, Уганду и юго-западный Судан до Эфиопии, Эритреи, Кении и Танзании. Отдельные языки этой семьи встречаются также в Нигерии, Мали и даже Бенине. Народы, живущие в этой полосе, частично соответствуют "образцу" восточноафриканской расы, но частью имеют гораздо более негроидные черты, а потому могут быть отнесены к восточноафриканскому типу негрской расы. Граница между восточноафриканской расой и восточноафриканским типом негрской расы размытая и не может быть чётко проведена ни географически, ни даже популяционно. Лучшие показатели их разграничения – поперечная уплощённость лица, форма носа во всех измерениях и альвеолярный прогнатизм.